А ещё был случай...
Мы продолжаем публикацию читательских писем, в которых рассказывается о странных и необъяснимых случаях, происходивших с их авторами. Ждем от вас, дорогие друзья, новых захватывающих рассказов. Тем, кто об этом еще не знает, сообщаем, что за лучшие невыдуманные истории назначены премии:
первая премия - 1 000 рублей; 
две вторых премии - по 500 рублей; 
три третьих премии - по 300 рублей.
Пишите нам по адресу: Газета «Тайная власть», Цветной бульвар, 30, К-51, ГСП-4, 127994. 
С пометкой на конверте «А ещё был случай...» 
или на potapov@privatelife.ru
Нас помирил Николай Угодник


«В 1986 году я вышла замуж. И вот прошла неделя моего замужества (мы отдыхали в деревне у родителей моего мужа). Мы спали, и я захотела в туалет, а он был на улице. Деревня у нас без фонарей, так что путь к туалету мне освещали звезды. А неподалеку от дома стоят две бани - одна старая, а другая новая. И пока я шла к нужному мне заведению, вдруг в небе между банями появился свет. Я встала как вкопанная. Из этого света появился старик, в рясе, только белой, босиком, волосы длинные, седые и борода по грудь. 

Этот старик шел ко мне, свет становился все ярче, и я увидела над его головой ореол. Оцепенение прошло, я испугалась и побежала в дом, забыв про все.

Утром я хотела рассказать о чуде мужу, но не стала, а рассказала бабушке. Она сказала, что это был Николай Угодник и он хотел что-то мне сообщить: может, хорошее, а может, плохое.

Но это не все, потому что у меня еще были встречи с этим стариком. Я лежала на сохранении в больнице, и меня врач не хотел выписывать, а я уже лежала третий месяц. Опять ночь, все спят, и вдруг я слышу голос: «Вставай, пойдем!» И так три раза. Я села на кровати и подумала, что это шутит соседка, но оказалось, она крепко спала. Только я легла, опять: «Вставай! Пошли!» Мне стало не по себе, и вдруг вижу в углу опять свет, и тот старик говорит: «Все хорошо, завтра домой». Я заснула, а на обходе днем врач меня выписал.

Но и это не все. Мы с мужем поругались, а он нас, этот старик, помирил. Поссорились: муж лег на диван, а я осталась на кровати. Посреди ночи вдруг с меня слетает одеяло. Я соскакиваю с кровати и бегу к дивану, бужу мужа и ругаю его, а он уверяет меня, что не стягивал одеяла.

Только мы улеглись, и опять у меня одеяло «улетело», но на этот раз я видела, как оно плыло по воздуху к дивану мужа. Я не на шутку испугалась, тихонько подошла к мужу, разбудила его и попросила лечь со мной. Он лег, и вдруг появился свет, а в свете тот старик и говорит: «Ну вот, все хорошо, больше не ссорьтесь, живите дружно». После этого мы не ссоримся, а если бывает, то ненадолго. Мы очень любим друг друга. И спасибо старичку. Если и правда это Николай Угодник, то поклон ему».
 

Татьяна Федосеева, 
г. Великий Новгород
 

Сбылось, как и снилось

«Хочу вам рассказать свой вещий сон. Почему-то запомнился даже год: снился мне сон в  пасхальные дни 1992-го. Вижу большой праздник, народ веселится на поляне, трава зеленая, знаю: неподалеку река, но я ее не вижу. Везде флаги, шары, все так красочно. Много столов, люди сидят за столиками, некоторые прохаживаются. Моя семья тоже заняла столик. Сидит дочурка в розовом платье, волосики светлые, на головке бант, и будто ей 3-4 года (хотя в действительности ей было 9 лет). Сидит она напротив меня, я в красном платье. Рядом со мной сынок, волосы каштановые, одет во что-то синее, напротив сына муж в клетчатой рубашке. Вроде мы кушали мясо, но я его не видела. На столе еще что-то сладкое было, и вновь я не вижу что!

Муж пошел в туалет, мы подождали его какое-то время, а потом с дочуркой пошли на поиски. Сын остался якобы для того, чтобы столик охранять. Мы всюду искали, но так и не могли найти нашего папочку. И вот заходим в какой-то магазин. У меня в руках оказались почему-то две сумки с вещами. Один из продавцов говорит: «Брось сумки за дверь, а то у тебя дочь украдут». Вижу дверь, там дочь стоит. Только я эти сумки поставила - вот она, здесь, рядом, и в то же время ее нет. Я в слезы, выхожу в дверь, но увы, доченьки моей нигде нет. Сколько ни искала, так и не нашла. Смотрю, начало темнеть, тут меня осенило: «Стоп, это она к братишке побежала». Прихожу, а там никого нет - ни дочери, ни сына. У соседей спрашиваю, они только плечами пожимают, но ничего не говорят.

Если бы я знала, что сон этот может сбыться, я бы, наверное, обратилась тогда к кому-нибудь, а то прошли годы, сон вроде забылся.

И вот теперь, когда мои дорогие детишки поумирали друг за другом, сон этот и всплыл у меня перед глазами. Я умываюсь горькими слезами и не знаю, что мне делать дальше, как жить. Без семьи ничего не радует, ничего не мило. Некоторые плачут от детей, а я гордилась своими детьми: они были умными, уважали и почитали меня. Какая боль, какая утрата, какое невыносимое горе!»
 

Л.К., Краснодар
 

Поминальный долг

«Все началось со смерти моей бабушки. Бабушка меня очень любила. Она часто говорила: «Когда я умру, приходи почаще ко мне, цветов на могилку носи». Я обещала, что буду ходить как можно чаще.
Шла Пасха. Наступил поминальный день. Все мои родственники поехали на кладбище, но мне надо было оставаться дома, смотреть за моим младшим братом.

Всю ночь после этого мне снились кошмары. Я видела сон, будто передо мной дом, где жила моя бабушка. Подхожу к окну, а там бабушка, смотрит на меня и улыбается, машет рукой, что сейчас она выйдет. Дверь открывается, и передо мной стоит уже не та добрая и любимая бабушка, а какая-то старая злая ведьма. Хватает меня за руку и начинает говорить нечеловеческим голосом: «Почему ты не пришла ко мне, почему не поминала?» Стало очень страшно.

Сзади меня стояла моя мама, она хотела меня увести. Но бабушка схватила маму и утащила в этот дом. Я пыталась войти, чтобы спасти, но двери закрылись, и в дом уже было не попасть. Только услышала последние слова бабушки: «Она будет со мной до тех пор, пока ты меня не навестишь, а если не придешь, больше никогда не увидишь ее».

Когда я проснулась, то не могла поверить, что это был всего лишь сон. Ближе к вечеру мама вдруг заболела. С каждым днем ей становилось все хуже и хуже. Врачи говорили, что ей осталось немного жить. Я плакала всю ночь и не знала, чем помочь маме. И тут я вспомнила про сон. Собралась и отправилась на кладбище, чтобы навестить бабушку. Пришла, встала на колени и стала просить прощения, говорила, что буду навещать ее чаще, только бы она вернула маму к жизни. Вскоре мама пошла на улучшение, даже врачи удивлялись, как она быстро поправлялась. Во сне я снова видела бабушку, но она была очень добрая и счастливая.

Прошел год. Снова надо было ехать на кладбище. Я опять не смогла поехать, так как мне сказали убираться дома. Мне стало страшно, как бы снова чего не случилось. Но все обошлось, никто не пострадал.

Прошла неделя, и вижу я сон: сижу дома на кресле. Вдруг в дверь кто-то позвонил. Подхожу к двери, открываю, а там бабушка стоит. Ключи у меня из рук выпали, руки затряслись, я бросилась бежать в большую комнату, она за мной. Но выхода не было. От страха я полезла на стену. Бабушка схватила меня за сердце и стала сжимать. И снова те же слова: «Почему ты не пришла ко мне, почему не поминала? Ты мне обещала, ты обещала!» Я ей объяснила причину, почему не смогла прийти. Тогда она мне сказала, не убирая руку от сердца: «Пойдем со мной, там тебе будет хорошо и не нужно будет каждый раз ходить ко мне на могилу».

Проснулась я от сильной боли в сердце. Дышать было трудно. Целый день провалялась в кровати. Так пролетела неделя, лекарства никакие не помогали. Тут я вспомнила, что на шее у меня висит медальон, который мне подарила бабушка. Я всегда его носила с собой, даже спала с ним. Я сняла медальон и положила его подальше в шкаф. С тех пор я пошла на улучшение, и бабушка мне больше не снилась. 

Каждый поминальный день я хожу на кладбище и приношу бабушке цветы. Теперь я знаю, что все неприятности были из-за медальона».
 

Кристина Овчинникова, 
г.Кирово-Чепецк, Кировская обл.
 

Зов смерти

«В мае 1995 года я похоронила свекровь. Наши с ней отношения всегда были корректно-равнодушными, кстати, по ее инициативе (она даже на захотела, чтобы я называла ее мамой). Позже я поняла причину такого холодного неродственного отношения ко мне: она не могла забыть первую жену моего мужа. Свекровь любила ее как родную дочь, хотя та, прожив с ее сыном 23 года, бросила его ради новой любви. 

Несмотря на это, развод свекровь переживала даже тяжелее, чем сын. Всеми способами старалась свести их вновь, склеить разбившуюся семейную жизнь. Но мой муж - очень гордый, он не смог и не захотел простить измену.

Второй брак сына мать не одобряла, считая, что мы не пара. Правда, дочку нашу, свою единственную внучку, она очень любила, нежила, баловала.

Позже при разговорах с соседями, родственниками я узнала, что часто свекровь сравнивала меня с первой снохой и обычно сравнение это было не в мою пользу.

Естественно, ни о какой симпатии, а тем более любви к ней с моей стороны не могло быть и речи.
Когда она тяжело заболела и слегла, мы с мужем около года ухаживали за ней, причем муж почти не отходил от матери - он очень ее любил. Глядя на страдания старой беспомощной женщины, я думала, что обида моя прошла - так мне жалко было больную.

Свекровь умерла в праздник, в пасхальную неделю, а, как говорят, в этот великий праздник покойным прощаются все грехи, их души попадают прямиком в рай. А еще говорят, что им там так хорошо, что они стараются увести на тот свет, забрать с собой своих самых любимых живых. Я очень боялась за дочь и мужа. Дочки это не коснулось, а вот мужа...

Три последующих года подряд в годовщину смерти матери он находился на грани жизни и смерти (причем только в это время, так как по жизни он очень осторожный, ловкий).

В первую годовщину муж, упав, поцарапал лоб. Неглубокую ранку тут же обработали, но, несмотря на это, началось нагноение, лицо опухло, началось заражение - в общем, еле спасли.

На второй год его сбила машина, непонятно откуда появившаяся на пустом шоссе. Долго лечился.
На третий год с перитонитом попал на операционный стол. Перенес тяжелейшую операцию, еле выкарабкался. Тогда я сказала мужу: «Твоя мать из года в год повторяет попытку забрать тебя к себе». В ответ услышала: «Еще раз скажешь такую чушь - пожалеешь».

В 1999 году жарким июльским днем мы решили пойти в лес (жили тогда на даче - лес рядом). Разговаривая, зашли в лес, в разговоре вспомнили покойную свекровь, а я возьми да и скажи: «Надо же, в этом году твоя мать не пыталась утащить тебя на тот свет, все сроки прошли». Муж ничего мне не ответил, но так посмотрел...

А через пару минут началось страшное. В редком, светлом лесу безоблачным днем при легком теплом ветерке вдруг начало быстро темнеть (как будто прокручивают на большой скорости кинопленку о наступлении вечера и ночи). Резко похолодало, и минуты через две стало так темно, что не было видно, куда ступить. Все это происходило при полной тишине, ни шелеста, ни птичьего пения, а наши слова звучали гулко, как в пустой комнате. Мне тогда было 49 лет, я в жизни так не пугалась, как в тот раз, да и муж тоже.

Мы схватились за руки и минуты 3-4 стояли в этой страшной, холодной, жуткой темноте. Было такое чувство, что темнота становится гуще и гуще, она концентрируется вокруг нас, стараясь проникнуть в наши тела. Казалось, что эта темнота живая. Сердце зажато в тиски, удары его редкие и резкие.

Сначала про себя, а потом вслух, все громче и громче я стала читать «Отче наш», причем не просто, а с мольбой, сознавая, что в этом наше единственное спасение. И постепенно мрак стал терять густоту, темнота рассеялась. Зашелестела листва, потом солнце заиграло на березовых листочках и на траве, стало тепло и видно все, как прежде.

Со всех ног припустились мы к опушке. Дома я долго не могла успокоиться. Даже пришлось выпить водки, чтоб в себя прийти.

С чем мы столкнулись в лесу, мы так и не поняли. Затмение, погодная аномалия исключаются - все от начала до конца длилось максимум минут 7, не дольше.

Мы с мужем стараемся об этом случае не говорить и не вспоминать. Кстати, последние два года май и начало июня нас ничем не огорчали».
 

Вера Курносова,
г.Красногорск, Московская обл.
  
Назад к содержанию номера
Copyright © 1997-2004 ЗАО "Виктор Шварц и К"

Rambler's Top100 Rambler's Top100TopList