Никто не забыт
Святому было 19

Новый мученик за Христа воин Евгений зверски казнен чеченскими бандитами

Вначале - факты. В ночь с 13-го на 14 февраля 1996 года тогда еще 18-летний рядовой Евгений Родионов вместе с тремя своими однополчанами, такими же необстрелянными ребятами, нес караульную службу на незащищенном открытом посту чечено-ингушской границы. Их подразделение было переброшено сюда из Калининградской области всего за месяц до того. Применять оружие первыми было запрещено приказом, стрелять на поражение разрешено только после предупредительного выстрела вверх. И все это - в условиях чеченского беспредела.

Ребята были взяты бандитами, проезжавшими на санитарной машине. Вооруженными до зубов чеченцами. После этого боевики проехали беспрепятственно еще три наших блокпоста. А затем последовал трехмесячный плен, в течение которого нашим солдатам предлагали принять магометанскую веру. На Евгении, единственном из всех, был нательный крест, с которым он не расставался никогда, сознательно окрестившись в 11 лет. Это вызывало особую ярость, от него требовали снять крест, то есть отречься от Христа. За бесповоротный отказ снять с себя крест он был подвергнут мучительной казни. 23 мая 1996 года, в день своего рождения, в день православного праздника Вознесения Господня, Евгений был обезглавлен.

Независимой группой чеченских журналистов был снят фильм о войне. В этом фильме использованы съемки казни наших пленных, сделанные боевиками. Частично эти кадры были показаны в передаче «Русский дом», но не все. На этих кадрах видно, как расстреливают двух связанных ребят, а потом у третьего заживо пилой отпиливают голову. Такой казни подвергся Евгений. Вместе с ним за отказ принять магометанство были замучены еще трое: воины Игорь, Андрей и Александр. Евгений же за отказ снять крестильный крестик принял особую муку.

Скорбная дорога

16 февраля 1996 года Любовь Васильевна Родионова получила телеграмму, извещавшую, что ее сын Евгений Александрович Родионов самовольно оставил часть. В ней командование просило ее принять меры для возвращения его к месту службы. Телеграмма была послана, когда чеченцы уже начали пытать захваченного в плен Женю...

«Эта телеграмма на всю жизнь черной полосой отрезала меня от той светлой пусть не совсем легкой, но нормальной жизни, которую мы прожили с сыном, - вспоминает Любовь Васильевна. - Было страшно, что на него такое могли подумать. Женю все знали как верного, принципиального человека. Получив такую телеграмму, я уехала туда, а здесь, дома, по подвалам, по даче стали лазить милиционеры - искать дезертира. Когда я приехала в часть, передо мной извинились и сказали, что в суматохе не разобрались сразу, погорячились. На самом деле там все было настолько очевидно, что даже спустя две недели после этого происшествия снегом не до конца засыпало пятно крови на дороге. Видны были следы борьбы... Наблюдающий видел, как в три часа подъехала к блокпосту «скорая помощь», он даже слышал крик: «Помогите!». После этого - тишина. Никого почему-то это не взволновало, почему-то не был поднят по тревоге отряд. В четыре часа утра пошли менять ребят, а их уже не было...»

«Он три с половиной месяца находился в плену, - продолжает Любовь Васильевна. - Я знаю, он ждал, надеялся, что его не оставят, освободят и что все это кончится. Только он оказался никому не нужен. К сожалению, не он один. Плен испокон веков считался самым страшным, что может случиться с человеком. Плен - это неволя, это издевательства. Жизнь показала, что чеченский плен - это самое страшное, самое нечеловеческое, изуверское, что вообще может быть на свете».

За 10 месяцев Любовь Васильевна объездила практически всю Чечню. Удалось попасть на прием к Аслану Масхадову, встретиться с Басаевым, Яндарбиевым, Гелаевым. Во время встречи с Хаттабом ее сфотографировал один из боевиков. Эта фотография послужила своеобразным пропуском в бандформирования. И только в сентябре Любовь Васильевна узнала, что Евгений казнен и похоронен в Бамуте.

После нескольких недель унижений она вышла на убийцу - некоего Руслана Хойхороева, который и сообщил обстоятельства смерти Евгения. Выяснилось, что убит он 23 мая - в день своего рождения. Могилу удалось найти далеко не сразу - за информацию требовали огромный выкуп. Пришлось заложить квартиру. В указанной боевиками авиаворонке были зарыты трое пограничников, еще одно захоронение находилось неподалеку. Все тела были обезображены до неузнаваемости, два из них обезглавлены. Евгений был опознан только по нательному крестику, который носил с детства. За отдельную плату вернули голову.

Мать сама привезла останки сына на родину - в Подольский район Московской области. Через несколько дней после похорон Евгения его отец умер от инсульта.

«Здесь лежит русский солдат Евгений Родионов, - начертано на кресте, установленном на его могиле, - защищавший Отечество и не отрекшийся от Христа, казненный под Бамутом 23 мая 1996 года».

Проста и обыкновенна короткая биография Евгения Родионова. Родился он 23 мая 1977 года. Рос обычным крепким и здоровым ребенком. В школе учился хорошо, но когда закончил девятый класс, пошел работать на мебельную фабрику. Работа мебельщика - он овладел специальностями сборщика, обойщика и раскройщика - ему нравилась, да и заработок был приличным. А потом была служба в армии...

Посмертная жизнь оказалась неожиданно необыкновенной. Сначала пришло возмездие. Летом 1999 года при налете на российскую погранзаставу был убит родной брат Хойхороева, убийцы Евгения. Как раз на том самом месте, где в девяносто шестом были захвачены Евгений и трое других солдат. А в начале осени пришло известие о смерти самого Хойхороева. Его вместе с головорезами-телохранителями прикончили в Грозном во внутричеченской бандитской «разборке».

Слово памяти новомученикам

Страдания и смерть за Христа Евгения Родионова и его товарищей поразительно напоминают страдания новомучеников, особенно греческих и балканских, пострадавших от магометан и огнепоклонников. Так, мы можем вспомнить Иоанна Нового из Янины, Иоанна Кулика из Эпира, пострадавших в XVI веке, великомученика Иоанна Нового Сочавского, который отказался похулить веру во Христа и после страшных мук был обезглавлен, и тысячи греческих, сербских и других балканских страдальцев за веру, которых убивали только за то, что они исповедовали христианство. Их тоже принуждали сменить веру, их тоже убивали за одно имя «христианин» или «православный». Им тоже, как и Евгению, после пыток отрубали голову.

Само название «новомученики» пришло к нам от этих страдальцев XVI, XVII, XVIII, XIX и XX веков. Такие страдальцы немедленно причисляются церковью к лику святых мучеников. От них не требуется благочестивой жизни до страданий. Страдание за Христа, за имя Христово вменяется им в праведность, так как они умерли со Христом и царствуют с Ним. Достаточно вспомнить последнего из сорока мучеников Севастийских, ничего не знавшего о Христе, но принятого вместе с остальными мучениками за решимость умереть вместе с ними.

Значение этого подвига и молитвенного почитания, которое уже открывается в нашем народе, невозможно переоценить. Мученики были и будут главной любовью церкви, ее славой и торжеством. По отношению к нашей молодежи в прославлении мученика воина Евгения видится особая милость Божия к нашему времени.

Высшие Силы подтверждают

К нам попал рапорт (за 2001 г.) настоятеля храма Святой великомученицы Варвары иерея Вадима Шкляренко Управляющему Криворожской Никольской епархии епископу Ефрему о чуде мироточения фотографии воина Евгения Родионова. Рапорт публикуется с незначительными сокращениями.

«Ваше Преосвященство, докладываю Вам о событиях, происшедших в жизни прихода. В конце апреля сего года в г.Днепропетровске у прихожан храма Святого Пантелеимона замироточили иконы «Царя мученика», «Царской семьи», «Архистратига Михаила» и икона Божией Матери «Утоли моя печали», которые мною, по просьбе многочисленных прихожан, были принесены в храм Святой Варвары для покаяния в грехе цареубийства. Во время этих событий мне случилось в г.Днепропетровске приобрести брошюру «Новый мученик за Христа воин Евгений». Первоначально, до приобретения брошюры, увидевши изображение на фоне Российского флага воина Евгения Родионова, возникло недоверие в содержании брошюры. В последующую ночь, а вернее, ранним утром, я увидел стоящего у моей постели воина в камуфляже, как на портрете в брошюре, с накинутым сверху красным плащом-накидкой, как изображают на иконах мучеников. Вопросивши мысленно: «Кто ты?», я услышал ответ: «Я тот, о ком написана та книга». Видение было четкое, цветное и не вызвало страха. Как возникло, так и исчезло. После этого, дождавшись первого транспорта в г.Днепропетровск, я поехал в церковную лавку и приобрел брошюру о подвиге Евгения Родионова, содержание которой меня поразило и потрясло. У меня лились слезы покаяния и умиления на протяжении чтения всей этой книги, как потом впоследствии у всех тех, которым я давал читать эту книгу.

В один из воскресных дней я произнес проповедь о новомученике воине Евгении Родионове. Все слушавшие прониклись любовью к подвигу молодого воина - мученика за Христа, плакали. Придя домой после службы, книгу положил между полками книжного шкафа, и о месте ее нахождения знал только я. На следующий день, после утреннего правила, решивши переложить брошюру в книжный шкаф к другим книгам, я увидел, что лицевая сторона брошюры с портретом новомученика за Христа воина Евгения была усеяна каплями миро, которые светились под лучами утреннего солнца.

В подтверждение этого целую Честный Животворящий Крест и Слова моего Господа Иисуса. Смиренный послушник Вашего Преосвященства священник Вадим Шкляренко».

Размышления о христианском подвиге мученичества

Протоиерей Александр Шаргунов посвятил этому вопросу специальную проповедь. Наиболее важные мысли из нее мы приводим сегодня.

«В праздник новых мучеников и исповедников российских, мы снова молимся о том, чтобы Господь даровал Своей Церкви благодать покаяния на той же глубине, на какой явилась праведность ее святых. И мы вспоминаем не только тех, кто принял страдания в годы коммунистических гонений, но и тех, кто пострадал за Христа в наши дни. Сегодня я хотел бы выделить из этого сонма нового мученика и исповедника - воина Евгения. Мы слышали уже о других христианских мучениках чеченского плена - о убиенном протоиерее Анатолии, о трех юных солдатах, распятых в Великую пятницу несколько лет назад, о других мучениках этой войны. И вот теперь - Евгений Родионов.

Что же произошло? Молодым солдатам, захваченным в плен, сказали: «Кто хочет остаться живым, пусть снимет свой нательный крестик и назовет себя мусульманином». Когда Евгений отказался снять свой крестик, его стали подвергать жестоким пыткам, которые продолжались в течение трех месяцев. Потом - убили, отрубив голову. Могилу его за огромные деньги указали матери сами чеченцы. Мать опознала тело сына по нательному крестику.

Что такое нательный крестик? Почему так ненавидит его Сатана и делает все, чтобы никто его не носил, или носил просто как бессмысленное украшение? Господь сказал одному молодому человеку во сне: «Крестик - это колокольчик на шее овцы, чтобы Пастырь мог скорее услышать ее, когда она в беде».

Мы не знаем, какие духовные переживания были связаны у Евгения с его нательным крестиком. Вполне возможно, что никаких особенных не было. Кроме веры, что это - Крест Христов. С Крестом Христовым в руке изображаются на иконах Христовы мученики.

Постараемся осмыслить подвиг нового мученика Евгения. Прежде всего, сама картина истязаний пленных многое раскрывает. Не было пытки, физической или нравственной, через которую они не прошли. Если они уступали, их опускали еще ниже. Никто не может представить все ужасы, которым они подвергались. Человек может пройти через любые пытки и через смерть и спастись. Но отречься от веры, отречься от всего, что является краеугольным камнем души, сказать, что вся моя жизнь сплошная ложь, что я не верю в Христа Бога, не люблю моих родителей, что мне наплевать на мое Отечество и на Церковь, и остаться живым - что делать человеку после этого с его жизнью? После отречения от Бога от одного сознания, что ты предал Бога, боль не прекращается. Духовная боль несравненно мучительнее телесной. Что делать человеку после этого, чтобы не сойти с ума? Только молиться. Без покаянной молитвы невозможно выжить.

Самое существенное, что можно сказать о воине Евгении, - он участвовал в страданиях за Христа. И он показал, что православная вера сильнее. «Мученик Твой, Господи, Евгений во страдании своем прият венец нетленный от Тебе, Христа Бога нашего. Имеяй бо крепость Твою, мучителей низложи, сокруши и демонов немощныя дерзости. Того молитвами спаси души наша». Невозможно найти более точных слов, чем этот общий тропарь мученикам, который мы каждый день поем в церкви.
 

Подготовил Петр РАСТРЕНИН
Назад к содержанию номера
Copyright © 1997-2005 ЗАО "Виктор Шварц и К"