2006

Издательский дом "Виктор Шварц и К*"

НаверхДомойКарта сайта

Частная
жизнь

Женские
дела

Тайная
власть

Зигзаг
удачи

Врачебные
тайны

Очная
ставка

Поле
чудес

Спец
выпуски

Спецвыпуск
"СУПЕРТРИЛЛЕР"

Секреты народных
целителей

Приложение
"Парад-Алле"

Спецвыпуск
"Черный Юмор"

 

"Гениальная идея"
Айзек Азимов

Подперев подбородок маленькой ладошкой, Никколо Мазетти слушал Барда. Слезы подступали к глазам. Не будь он один в доме, он, конечно, никогда не позволил бы себе такой роскоши - ведь ему было уже одиннадцать.
Бард рассказывал: «Давным-давно в самой чаще дремучего леса жил-был бедный дровосек. У него было две дочери, а жена его, их мать, давно умерла. По вечерам, когда девушки поджидали отца с работы домой, старшая сестра садилась у зеркала и заводила песню...»
Но о чем она пела, Никколо расслышать не успел, потому что в это самое время под окном раздался крик:
- Эй, Ники!
Никколо быстро вытер глаза и бросился к окну.
- Привет, Пол! - прокричал он в ответ.
Пол Лэб взволнованно махал руками. Он был худее Никколо и ростом пониже, хотя и на полгода старше.
- Эй, Ники, открывай скорей! У меня - идея!
- Ладно, сейчас открою.
А Бард продолжал сказку, как ни в чем не бывало. И когда вошел Пол, изрек: «... И тогда лев сказал: «Если ты сумеешь отыскать для меня потерянное яйцо птицы, что раз в десять лет пролетает над горой из слоновой кости, то...»
Пол удивленно вздернул брови:
- Ты что, Барда слушаешь? Вот не знал, что у тебя есть!
Никколо густо покраснел.
- Этого-то? - спросил он как можно более небрежно. - Это так, развалина старая. Я его слушал, когда маленький был. Дрянь жуткая. - И он сердито пнул Барда носком ботинка. Потрескавшийся и выцветший пластик корпуса являл собой жалкое зрелище.
- Ну и древняя же это модель, - презрительно процедил Пол, смерив Барда уничижительным взглядом.
Никколо и сам был от Барда не в восторге. Он даже пожалел о том, что впустил Пола, не выключив предварительно Барда и не водворив его на привычное место - в подвал.
Ники, надо сказать, немного побаивался Пола - ведь Пол, как-никак изучал в школе дополнительные предметы, и все говорили, что из него выйдет отличный программист.
Не то чтобы сам Никколо так уж плохо учился. Нет, у него были приличные отметки по логике, бинарным операциям, вычислительной математике, элементарной электротехнике - обычный набор для средней школы. И все! Это были самые заурядные предметы, и ему суждено было стать самым заурядным оператором, одним из многих.
А Пол... Пол знал таинственные, захватывающие вещи - ведь он изучал предметы, которые он называл электроникой, теоретической математикой и программированием.
Пол задумчиво слушал Барда минуты две. Потом спросил:
- А он что, только про это и треплется - про дровосеков, принцесс и зверей говорящих?
Никколо тяжело вздохнул.
Пол сдвинул брови, немного подумал.
- Слушай! - воскликнул Пол и часто-часто заморгал. - А почему бы тебе не переделать его? Это же проще простого! У Барда есть блоки памяти, где хранятся сюжеты, развязки и все такое прочее. Нужно только заменить его словарь: надо, чтобы он узнал про компьютеры, электронику, - всякие современные вещи. Тогда он будет рассказывать интересные истории, понимаешь? А не эту дребедень про принцесс...



"Кладбищенские крысы"
Генри Каттнер

Смотритель самого старого и заброшенного кладбища Сэлема старик Мэссон не столько занимался кладбищенскими делами, сколько враждовал с крысами. Они жили здесь давно, перекочевав с верфи. Это была целая колония удивительно крупных крыс. Заняв место смотрителя после необъяснимой пропажи своего предшественника, Мэссон первым делом решил заняться крысами, вернее, их изгнанием. Сначала он ставил ловушки, а затем стал подбрасывать к их норам отравленную приманку, но все его усилия были тщетны. Крысы жили, и не просто жили, а продолжали плодиться. Казалось, что с каждым днем их становится все больше, и полчища этих отвратительных грызунов носились по кладбищу, как бы насмехаясь над Мэссоном.
Крысы, обитающие на кладбище, были очень крупными - некоторые экземпляры достигали в длину тридцати пяти сантиметров, не считая хвоста. Мэссон иногда встречал крыс размером с большую кошку. Когда могильщики рыли очередную могилу, им попадались такие норы, которые можно было скорее назвать зловещими туннелями. Создавалось впечатление, что их вырыли не крысы, а человек, чтобы путешествовать по ним на четвереньках.
Иногда, удивляясь размеру нор, Мэссон вспоминал пугающие легенды, которые рассказывали ему старожилы старинного Сэлема - города ведьм. Больше всего его поразили легенды о тайной жизни каких-то существ - нелюдей, якобы существующих в заброшенных подземных норах. Старики, покачивая седыми головами, уверяли, что в пещерах под старинным кладбищем Сэлема живут существа пострашнее червей и крыс.
Свирепые грызуны, конечно же, не вызывали симпатии у Мэссона, и он остерегался их, сознавая опасность такого соседства, но у него не было страха, который испытывали старожилы перед заброшенными домами, населенными крысами.
Смотрителю не раз приходилось слышать о каких-то упырях, живущих глубоко под землей и управляющих крысами. Мудрые старцы шептали, будто крысы - это связные, снующие между этим миром и мрачными древними подземельями глубоко под Сэлемом. Рассказывали также, что тела из могил крысы похищают для ночных подземных пиршеств.
Мэссон не верил басням, но, главное, он по мере своих сил старался скрыть от окружающих само существование крыс на кладбище. Это было трудно, так как крысы взаперти не сидели. Однако Мэссон понимал, что если начнется выяснение обстоятельств того, что и как творят крысы, то могут вскрыть многие могилы. И если несколько изгрызенных гробов можно было бы списать на крыс, то как объяснить увечья, которые будут обнаружены на еще сохранившихся, недавно захороненных телах?
Золото высокой пробы, используемое для зубных протезов, очень часто так и остается на покойниках. Ну, еще есть одежда. Но это мелочи, потому что гробовщик поставляет для похорон недорогие и легко узнаваемые костюмы. Золото же - не одежда, и в этих случаях Мэссон не был особенно брезглив.
Был и еще один источник доходов - студенты-медики или не очень известные врачи, которым тоже были необходимы трупы. При этом им было все равно, где их раздобыли.
Пока Мэссону удавалось избегать расследований, и он, безусловно, яростно отрицал существование крыс на вверенной ему территории, хотя они лишали его добычи. Смотрителя мало заботило, что происходит с телами усопших после его обработки, но он очень хорошо знал, что крысам случалось утаскивать покойников сквозь дыры, которые они прогрызали в гробах. Иногда Мэссон задумывался над тем, почему гробы всегда оказывались прогрызены с торца и никогда - сбоку или сверху. Казалось, крысами руководило какое-то разумное существо...



"Продавец мутантов"
Эрик Френк Рассел

Небольшой магазинчик в узком переулке выглядел запущенным. Можно было пройти мимо тысячу раз, не остановив на нем взгляда. Но на стекле окна, над зелеными занавесками, было написано небольшими буквами: «Продажа мутантов».
Глаза у Дженсена от удивления полезли на лоб. Он остановился, потом вошел внутрь.
- Беру шесть, - сказал он.
- Не жадничайте! - упрекнул человечек за прилавком.
У человечка была грива белых волос, водянистые глаза и малиновый нос, которым он беспрестанно шмыгал.
- Послушайте, - сказал Дженсен, обводя магазинчик пристальным взглядом, - давайте поговорим серьезно. Эти ваши мутанты - они какие?
- Худые и толстые, - ответил хозяин. - А также длинные и короткие. А еще нормальные и чокнутые. Может, у мутаций и есть границы, но только мне они не известны.
- Я знаю, кто чокнутый, - многозначительно хмыкнул Дженсен. - Я ведь газетчик, фельетонист.
- Доказательство вполне убедительное, - согласился коротышка.
- Доказательство чего?
- Кто чокнутый.
- Подходяще, - признал Дженсен. - Люблю веселых и находчивых, даже если у них не все дома.
- Таких невежливых газетчиков я еще не встречал, - заметил человечек. Он вытер глаза, высморкался и посмотрел, моргая, на посетителя.
- Меня извиняет мое положение. Ведь я возможный покупатель. Покупатель всегда прав - разве не так?
- Не обязательно.
- Вы это поймете, если не хотите разориться, - уверил Дженсен и начал разглядывать полки. Они были заставлены разными, самой диковинной формы банками и склянками. - Так вот, насчет этих мутантов. Что это за махинация?
- Я продаю их - это махинация?
- Еще бы! - сказал Дженсен. - Вы хоть знаете, что такое мутант?
- Безусловно.
- Тогда что такое мутант?
- Ха! - Человечек дернул носом, и цвет носа сразу стал гуще. - Так вы не знаете сами?
- Развожу их десятками. Я крупный специалист.
- Правда? - усомнился человечек. - Как ваше имя?
- Альберт Эдвард Мэлакай Дженсен из «Морнинг колл».
- Никогда о вас не слышал.
- И не могли, ведь для этого надо уметь читать. - Дженсен набрал воздуха и продолжал: - Мутант - это урод, который получается в одном случае из миллиона. Тяжелая частица - ну, какой-нибудь космический луч - бьет по гену, и, когда приходит срок, на руках у мамаши нечто для показа в цирке. Так что...
- Неверно! - резко оборвал его человечек. - Мутант - это организм с радикальным изменением душевного или физического склада, передающимся потомству независимо от того, искусственными или естественными причинами вызвано это изменение. Свойства всех моих мутантов передаются их потомству, из чего следует, что мои мутанты настоящие.
- Значит, вы изменяете любые живые существа и даете гарантию, что приплод будет такой же, как родители?
- Именно так.
- Тогда вы, наверно, бог, - сказал Дженсен.



"Роковой выстрел"
Филипп Дик

Погрузка подходила к концу. Капитан Франко не спеша сошел на землю. Он взглянул на трап, по которому гнали в корабль животных и птиц.
Франко закурил сигарету и начал прохаживаться около корабля, осторожно ступая среди длинноногих марсианских страусоидов. Вдруг что-то заставило его обернуться. По тропинке шагал Петерсон с красным, как помидор, лицом, в руке - веревочка, а на другом конце веревочки...
- Извините, капитан, - сказал Петерсон и за веревочку дернул.
Франко решительно направился к Петерсону.
- Что это такое? - быстро спросил он.
- Это вуб, - сказал Петерсон. - Я купил его у туземца за пятьдесят центов. Он сказал, что животное очень редкое, его здесь очень ценят.
- Вот его? - Франко пнул ногой в громадный округлый бок вуба. - Это же свинья! Здоровенная вонючая свинья!
- Да, сэр, свинья. Туземцы зовут ее вубом.
- Весит фунтов четыреста. - Франко дернул за жесткий пучок щетины между ушей вуба. Тот охнул, и из-под толстых век по щеке скатилась одинокая слезинка.
- Может, у него вкусное мясо? - с надеждой предположил Петерсон.
- Это мы скоро выясним, - пообещал Франко.
Заснув крепким сном в трюме, вуб благополучно пережил взлет. Когда корабль лег на курс, капитан Франко приказал доставить вуба наверх, дабы распознать свойства этой зверины.
Со вздохами и хрипами вуб протискивался по коридорам.
- Шевелись, - ворчал Джоунс, дергая за поводок.
Как пробка из бутылки вуб влетел в кают-компанию, лапы его подкосились.
- Великий Боже! - изумился Француз. - Что это?
- Петерсон говорит, это вуб, - объяснил Джоунс, - он его купил.
Все окружили вуба, а тот, скорбно закатив глаза, оглядел всех собравшихся.
В дверях возник капитан Франко.
- Ну-с, взглянем, - он критически прищурился. - Так ты его, говоришь, за пятьдесят центов купил?
- Так точно, сэр. Он ест почти все. Я ему дал зерна, и он съел. И картошку съел, и кашу, и остатки обеда, и молоко. А как поест, ложится и спит.
- Понятно, - сказал капитан Франко. - Откармливать его больше не стоит. Где кок? Позовите его сюда. Нужно выяснить...
Вуб пристально посмотрел на капитана.
- Не лучше ли обсудить другую проблему? - вдруг сказал он. - Скажем, о сходстве мифологий в разных цивилизациях...
Стало тихо.
- Что это было? - спросил капитан Франко.
- Это вуб, сэр, - сказал Петерсон. - Он заговорил.
Все посмотрели на вуба. Франко приблизился к нему, внимательно осмотрел со всех сторон.
- Кажется, внутри никого нет, - тихо сказал Джоунс. Все посмотрели друг на друга.
Пришел кок.
- Вызывали, капитан? А это что еще такое?
- Вуб, - сказал Француз. - Будем его есть.
- Нам необходимо побеседовать, - перебил Француза вуб. - Я желал бы поговорить, если возможно, с вами, капитан. Я вижу, мы не сходимся по некоторым кардинальным вопросам.
Капитан помедлил с ответом.



"С гарантией на все сто"
Джек Ричи

Когда Большого Джима Тарли привели ко мне в кабинет, я угостил его своей стандартной лекцией для новеньких. Ты обязан заплатить долг обществу. Будешь бузить - не поздоровится. Делай, что скажут, - рано или поздно выйдешь на свободу честным человеком.
Тарли слушал меня с иронической ухмылкой.
- Кончай лыбиться! - прикрикнул на него Эд Поллард, старший надзиратель. - С тобой начальник тюрьмы разговаривает!
Я закурил сигару.
- Первые три дня у тебя будет адаптационный период. Пройдешь медицинское обследование, анализы и так далее.
На вид Тарли казался здоровяком, однако не за счет мускулов, а благодаря отлично пошитому двухсотдолларовому костюму.
Я смотрел на него и только диву давался - как же это он ухитрился стать такой важной шишкой в мафии? Ведь слабак, самый настоящий слабак!
- Вопросы есть?
Тарли усмехнулся и покосился на Полларда.
- Если можно, с глазу на глаз... сэр.
Зная, что Поллард не сводит с меня пристального взгляда, я покачал головой.
- Сейчас, пока у тебя есть такая возможность.
Тарли хмыкнул.
- Тогда я, пожалуй, малость обожду. У меня целых пять лет впереди.
Когда его увели, Поллард с хмурым видом прошелся по кабинету. Это был энергичный ирландец с горящими глазами фанатика, неожиданно обнаружившего, что в этом жестоком мире далеко не все стремятся быть такими же честными и справедливыми, как он сам.
- Ему дали всего каких-то пять лет! - прошипел он сквозь зубы. - И будь я проклят, если он не выйдет отсюда года через два!
Я откинулся на спинку кресла.
- Эд, он всего лишь прикарманил чужие деньги. Это же не убийство. Тарли нагрел каждого из нас - налогоплательщиков - всего на двадцать два цента.
Поллард оперся своими кулачищами о край моего стола и упрямо выпятил челюсть. 
- Простите, шеф, но, по-моему, вы слишком благодушествуете. Тарли украл миллион долларов, принадлежащий обществу! И как он после этого будет отбывать свой срок, а, шеф? Вкалывать в тюремной прачечной, как все, или преспокойно дрыхнуть на пуховой перине?
Нетерпеливо вздохнув, я придвинул к себе стопку документов.
- Эд, он всего лишь обыкновенный жулик, а ты ненавидишь его так, будто это серийный маньяк-убийца.
Поллард сердито фыркнул.
- Которому не повезло только в одном - он попался! И теперь будет отдуваться за Косту и его банду, которая заправляет всем штатом. С ухмылкой на роже, потому что знает, что о нем позаботятся! - Он многозначительно кивнул. - Что ж, он и вправду будет окружен повышенной заботой! С первого до последнего дня!
- Заботой, говоришь? И насколько плотно? 
Поллард насупился и сжал губы.
- Ладно, мне пора. Работа, знаете ли.
Я медленно улыбнулся.
- Минутку, Эд. Судя по всему, тебе в голову закралась гадкая мыслишка: а не отстегнул ли мне Коста тысчонку-другую, чтобы этому слизняку здесь жилось припеваючи?
Поллард был уже у двери.
- Я ничего такого не говорил.
Я кивнул.
- По твоему лицу это и так видно. Ты прекрасно знаешь, что моя работа зависит от политиков, и знаешь, у кого в нашем штате они все в кармане. Я прав?
Поллард угрюмо молчал.
- Так вот, Эд, - продолжал я, - заруби себе на носу - никто мне ничего не отстегивает! Я этого Косту знать не знаю! Да будет тебе известно, я получил эту работу задолго до того, как он здесь объявился! И у меня по-прежнему достаточно друзей в правительстве штата. Так что можешь быть уверен - Тарли свое получит!
Поллард криво усмехнулся.
- Вы меня успокоили, шеф. Честное слово.



"Черная крольчиха"
Татьяна Федотова

Вернувшись домой из трехмесячного плавания, судовой кок Семен Семенович бросил на кухонный стол большую, отливающую перламутром тушку кролика и весело крикнул жене:
- Три месяца я кормил команду, а теперь любимая супруга будет кормить меня! Зажарь-ка, Люсёк, эту кошатину на ужин!
Тушка была освежевана по всем правилам, только задние лапки остались в черных меховых чулочках. От тушки исходил запах свежего мяса, но пес Бакс, встретивший хозяина радостным визгом, почему-то не сидел, как обычно, под столом в ожидании лакомого кусочка, а тихо лежал в прихожей.
В семье кока было уже четверо детей, полногрудая Люся ждала пятого. Каждая побывка Сени дома заканчивалась Люсиной беременностью, а если плавание было долгим, то на причале жена встречала Семена Семеновича с голубым или розовым свертком на руках.
...Мясо, приготовленное по старинной кулинарной книге, разложили по тарелкам, и дети весело набросились на еду. Бакс, фыркнув, отказался от порции костей и жилок. Отчего Люся, подбирая с блюда последние кусочки, спросила подозрительно у мужа, а не подсунул ли он им, в самом деле, упитанного корабельного кота Мурзика. После чего Семену Семеновичу пришлось рассказать, как досталась ему в мгновение ока съеденная крольчиха. Потом дети разбежались по кроваткам, а следом за ними и родители ушли в свою спальню...
Проснулся Семен от холодного осеннего луча, пробившегося сквозь плотные шторы. Жена уже хлопотала на кухне, провожая в школу близнецов Машку и Женьку. Кок полежал еще немного, вспоминая, что же ему только что приснилось. Кажется, он собирал в большую корзину красные яблоки, а черная крольчиха передними лапами помогала ему. Задние лапы были отъедены, ее толстое брюхо волочилось по земле, оставляя кровавый след на яркой траве.
«Перебрал вчера», - справедливо подумал Семен Семенович, опуская ноги на пол и попадая голыми пятками прямо на собачью шерсть. Бакса не соблазнил даже аромат горячих оладий, которыми завтракали дети. Пес ждал, пока проснется хозяин. Он знал, что они вдвоем обязательно пойдут гулять, далеко-далеко, может быть, до самого берега. Там можно бегать без поводка и намордника, к которым он питал понятное отвращение.
«Прогуляю Бакса», - сказал себе Семен Семенович, натягивая старую курсантскую кожанку. Есть коку совершенно не хотелось, а хотелось выпить пива, по которому он соскучился в море.
Они уходили все дальше и дальше от дома под моросящим дождем. Наконец, открылся вид на бухту. Здесь в ясный летний день перед самым отплытием и появилась на борту вопреки всем правилам черная крольчиха Катрин и ее хозяин - парапсихолог и известный телепат Сергей Киселев.
Крольчиха была упитанная, тяжелая, с грустными глазами. Тощий белокурый ученый был неестественно оживлен после трудной дороги. Крольчиха обладала отменным аппетитом, и к концу плавания кок уже не варил щи и борщ. Ученый выменял у него все овощи на спирт, умело разлитый по медицинским грелкам и пронесенный на борт вместо личных вещей в большом чемодане. 
Плавание выдалось трудным, и Семен Семенович только дважды навестил Киселева в его каюте, где терпко пахло животным и где стояли самописцы и странного вида передатчик, от которого тянулись тонкие провода к голове крольчихи, куда были вставлены за уши почти невидимые электроды.
Ученый что-то писал в тетради, отпивая из чашки крепкий чай, сдобренный доброй дозой медицинского спирта. Крольчиха смотрела красными глазами на капустный лист, темный по краю и более светлый к центру.



"Никакого азарта"
Френк Херберт

«Отличный отель для отдыха - не для азартных игр».
Белый щит с голубой надписью высился возле края дороги, рядом с ним качались на ветру тонкие камышинки.
Хел Ремсен прочитал надпись и остановил автомобиль. Повернувшись к своей, уже шесть часов, жене, он уловил насыщенный цветочный аромат ее духов. Он улыбнулся, теперь у него есть эти тонкие черты в пылкой оболочке. Светлые короткие волосы Хела спутались от долгой езды в открытой машине. Волосы Рут тоже были в беспорядке, а закат окрасил их в темно-красный цвет. Это делало ее похожей на прекрасную пикантную куколку.
- Да? - спросил он.
- Хел, я никогда не видела раньше этого места, - она прищурилась, - оно напоминает тюрьму. Поехали дальше.
Рут внезапно вздрогнула, прижалась к мужу. Портик закрывал отель, и было видно только лестницу, в конце которой расположилась площадка.
- Мне действительно не нравится это место, - повторила она. - Дорогой, ведь это наша первая ночь.
Он повернулся и глянул на отель.
- Это все из-за солнца, - сообщил он, - от заката окна похожи на большие красные глаза.
Рут прикусила нижнюю губу, любуясь зданием. Лучи заходящего солнца отражались на песке, рисуя красные полосы вокруг холмиков и зажигая огоньки на стеклах и рамах отеля.
- Ну хорошо, - согласилась она.
Он остановил машину в темноте портика. Старый швейцар в помятой форме стоял в двух шагах от них. Желтый свет проникал из вестибюля через двойные двери и рисовал их силуэты на земле.
Поговорив со швейцаром, Хел открыл дверцу для Рут. Вышел сам и опустил верх машины.
 - Там сзади две сумки, - сказал он. - Мы остановимся здесь только на ночь.
Он запер машину и прошел в здание. В вестибюле было прохладно. Звук шагов эхом разносился по всему помещению. Хелу показалось странным отсутствие растений и украшений на стенах. Тишина была жутковатой, он ожидал лучшего. Они подошли к полукруглому столу. Хел нажал кнопку вызова.
Повторил сигнал и повернулся к швейцару, укладывающему багаж. «Если появится женщина - то наверняка старуха», - подумал Хел. Но из-за двери странной, неуклюжей походкой вышел мужчина. Он протянул Хелу журнал и ручку. Тот, внезапно осознав свое новое семейное положение, откашлялся и произнес:
- У вас найдется что-нибудь подходящее?
- У нас есть комната номер четыреста семнадцать в северо-западном крыле, - ответил мужчина.
- И это все? - поинтересовался Хел. Он посмотрел на Рут и глубоко вздохнул, ощущая внезапное беспокойство.
Мужчина подошел к плану на стене.
- Вот ваш номер, - сказал он и ткнул куда-то пальцем.
Хел пожал плечами, взял ручку и красиво вывел:
«Мистер и миссис Гарольд Б.Ремсен, Сонома, Калифорния».
Мужчина забрал ручку у Хела, закрыл журнал и своей своеобразной походкой обошел стол, словно исполняя какой-то ритуал.
- Сюда, пожалуйста, - произнес он, взяв их багаж.
Они пересекли вестибюль и вошли в лифт. Рут держалась за руку Хела, крепко прижимаясь. Он поддерживал ее, ощущая дрожь тела. Он рассматривал спину лифтера, зеленая форма которого была беспорядочно изборождена складками. Хел кашлянул.
- Мы свернули налево, и увидели ваш отель.
Лифтер молчал.



"Любовь и дедушка в коляске"
Артур Кангин

Сижу я как-то вечерком в своей роскошной съемной квартире напротив театра «Сатирикон», чувствую с оторопью - скука смертная.
За окном снег валит. Береза меланхолично под метелью раскачивается. Ворона на подоконнике нагло таращится агатовым глазом, мол, чего ты, Юрий Козлов, красавец и бонвиван, вулканолог и путешественник, дома-то сидишь, зря штаны протираешь? Молодой ведь еще, огонь в крови?!
И то правда. Глупа пернатая, а меня насквозь видит.
Открыл я «желтую» газету с объявлениями частного характера, читаю: «Молодая актриса Ида Розова, интеллигентная и чувственная, познакомится с мужчиной средних лет, духовно состоятельным, без комплексов».
Да это же просто про меня!
Срочно набираю номер:
- Алло.
- Алло, - мелодично так, с кокетливым девичьим придыханием. - Приезжайте. Очень жду.
- Что взять? Икорочки? Буженинки? «Советского шампанского»? А может быть, виски «Белая лошадь»?
- Ах, что хотите. Я не голодна.
Сердце мое екнуло в дурном предчувствии. Молодая актриса - и не голодна?! Но голосок девчушки был нежен, юн! И я безжалостно задавил змею сомнения.
Еду!
Закупился по полной программе. Весь в хрустящих кульках и кулечках. Хватаю зеленоглазое такси.
- Ты Дед Мороз, что ли? - таксист дружественно передернул волосатым кадыком.
- Вроде того.
- Куда едем?
- К Снегурочке.
- А поточнее?
- Сухаревка. Костянский, 10.
Каких-то пятнадцать минут - и я уже поднимаюсь по чистой лестнице, с раскидистыми фикусами в горшках, с лаковыми перилами.
Буржуазный особнячок! И домофон есть. И зоркие старушки день и ночь у подъезда сидят. Чужого вставными зубами на клочья разорвут.
Нажимаю пуговку звонка.
Нажимаю смело, мускулисто, только левый глаз, собака, что-то стал подергиваться.
Но это - так, от предвкушения встречи.
Открыла сама.
Высокая, дородная, с огромными карими глазами. Не девица - конфетка!
- Здравствуйте, - говорю.
- Проходите, - слегка потупилась.
Заходим в залу, а там стол накрыт царской скатертью с золотыми цацками, а на скатерти такое, что мои кулечки с провизией - куриный гогот.
И осьминоги в собственном соку, и камбала в свежайшем томате, и осетр подлецом развалился на фаянсе, заправленный нежно натертым хреном, и акульи хрящики, вымоченные в яблочном уксусе.
Так сказать, дары морской пучины. В изобилии!

 
А так же еще множество не менее интересных рубрик в газете.
Покупайте! Читайте! Подписывайтесь!
Copyright © 1997-2005 ЗАО "Виктор Шварц и К"