Время жёсткой борьбы

Будет ли дан оргпреступности настоящий бой?

Борьба с коррупцией и преступностью приобрела неожиданно острый характер, когда Владимир Путин недавно заявил, что «таможенные органы и представители бизнес-структур сливаются в экономическом экстазе».

Вскоре после этого последовала серия громких разоблачений, связанных с контрабандой. Всего по стране сейчас расследуется 20 таких уголовных дел. Потом несколько высокопоставленных чинов ФТС, ФСБ, МВД и самой прокуратуры лишились своих постов. После этого президент заявил: «Работа не закончена, и не только в сфере таможни». Недавнее совещание руководителей правоохранительных и правоприменительных органов еще раз это подтвердило.

На координационном совещании руководителей правоохранительных органов и судебной системы говорилось: «Организованная преступность поражает различные формы жизни общества: политическую, экономическую, социальную и духовную. Сегодня мы вынуждены признать: распространенность и масштаб организованной преступности в России приобретает характер национальной угрозы. Эксперты констатируют: организованные преступные группы и преступные сообщества сегодня действуют практически в каждом субъекте РФ. Они «отметились» во всех без исключения крупных городах, дошли до большинства населенных пунктов страны, нагло действуют в приграничных и экономически значимых территориях». Кроме того, было отмечено, что лидеры криминальных группировок и активные участники организованных преступных формирований продолжают уходить от уголовной ответственности, о чем свидетельствует судебная практика.

По мнению правоохранительных органов, происходит расширение влияния преступных группировок. Более того, масштабы организованной преступности в России приобрели характер национальной угрозы: оргпреступность представляет для страны опасность не меньшую, чем коррупция, терроризм, теневая экономика и наркотрафик.

C середины 90-х организованная преступность заметно трансформировалась. Это раньше бандит - крепкий, коротко стриженный, с золотой цепью на шее. Теперь все иначе: лидеры организованных преступных групп давно легализовали свои доходы и «почистили» биографии. Многие из них занялись бизнесом, возглавили заводы и крупные корпорации. При этом влияния в уголовном мире большинство криминальных лидеров не потеряло. Никуда не делись и группировки, официально как бы ликвидированные. Рядовые криминальные бойцы стали сотрудниками бесчисленных охранных предприятий и служб безопасности.

Но главная опасность состоит в том, насколько гибкой оказалась преступная среда. Группировки активно сращиваются с бизнесом, властью и теми же силовиками. В качестве примера можно привести последние операции по борьбе с коррупцией на таможне. Однако зачастую борьба с оргпреступностью ведется лишь на бумаге.

Что сделано правоохранительными органами с территориальными организациями преступных группировок - не говоря уже об этнических преступных формированиях? А не сделано толком ничего. Куда ни коснись, везде всплывают преступные формирования. Какую часть экономики или другой части нашей жизни ни возьми, везде у нас преступные формирования. А мы пишем отчеты, ставим липовые показатели и думаем, что так будет продолжаться вечно. Не будет! - подчеркивалось на совещании.

Из истории проблемы

Среди аналитиков существует мнение,что родиной отечественной организованной преступности стала Казань. Началом этого процесса явилось формирование банды «Тяп-Ляп» (по названию района Казани - Теплоконтроль, где собирались на свои сходки преступники). Эта ОПГ была построена по принципу классической подпольной организации, с командирами и их заместителями. Боевики были объединены в «пятерки» и знали только свое окружение, но никак не высшее руководство.

Для ликвидации «Тяп-Ляпа» была создана уникальная опергруппа. В итоге на скамье подсудимых оказались 28 человек (крупный улов даже по современным меркам), четверых из которых приговорили к смертной казни. Но среди осужденных не оказалось ни госчиновников, ни ответственных хозяйственных работников, с которыми у «Тяп-Ляпа» были очень тесные связи.

В середине 80-х количество организованных банд в Татарстане перевалило за 60. Лидерство среди них захватила группировка «Хади Такташ». Во время их войны с конкурентами из ОПГ «Перваки» погибало до 20 человек в неделю.

К середине 80-х банды царили по всей стране. Тогда ходившие стенка на стенку братки были объединены в крупные ОПГ, которые возглавили так называемые авторитеты, потеснившие с криминального пьедестала воров в законе.

Старейшей в Москве считается измайловско-гольяновская ОПГ, возникшая в среде столичных казанцев в середине 1980-х годов под руководством Олега Иванова, «авторитета», приехавшего из Татарии. Затем стали появляться и другие территориальные ОПГ, например, «ореховские», «солнцевские» (один из их лидеров - не так давно оправданный российским судом Вячеслав Иваньков, он же Япончик).

К середине 90-х свои ОПГ появились практически во всех крупных городах России. Некоторым из них стало тесно на своей территории, и они решили «подвинуть» столичные банды. В Москве и Петербурге кровь полилась рекой - никто не хотел отдавать врагу «ни пяди родной земли».

Затем в стране возникли трансрегиональные группировки, в которые влились и вернувшиеся из Афганистана бывшие военные, брошенные государством на произвол судьбы. За это они отплатили своему государству сполна - именно они привнесли в криминальный мир беспощадную жестокость.

Бандиты стремились подчинить себе крупнейшие предприятия страны, хладнокровно расправляясь с теми, кто пытался противостоять проникновению криминала в промышленность. Они старались «оккупировать» любую отрасль, приносящую доход. В итоге эта война властью была проиграна - чиновники всех рангов легко покупались на деньги бандитских общаков, а тех, кто не соглашался на сделку, попросту убивали.

Постепенно бандитам стало тесно на территории своего государства, и мир столкнулся с понятием «русская мафия». За границей зазвучали имена: Япончик, Михась, Тайванчик и другие. Сегодня преступные сообщества имеют своих «уполномоченных» во многих странах Европы, Америки и Азии.

Если сравнить данные, предоставленные в прошлом году Интерполом, то «русская мафия» считается самой крупной - ее численность оценивается в 160 тысяч человек. При этом итальянская мафия насчитывает 70 тысяч «бойцов», американская коза-ностра - 40 тысяч, японская якудза - 37 тысяч человек.

Начало 2000-х годов ознаменовалось новым переделом собственности. И если в середине 90-х этот процесс осуществлялся через большую кровь, то теперь - через большие деньги.

По словам замначальника департамента по борьбе с организованной преступностью и терроризмом МВД РФ генерал-майора милиции Александра Елина, в 2005 году его сотрудники впервые провели аналитическое исследование оргпреступности в стране.

«Сейчас полученные данные обобщаются, на основании их мы будем вырабатывать новый комплекс мер по борьбе с оргпреступностью, - заявил журналистам Елин. - Мы ввели в оборот такое понятие, как организованное преступное формирование (ОПФ), оказывающее негативное влияние на криминальную, социально-экономическую и политическую ситуацию в субъектах Федерации и в целом в России».

Иными словами, в стране появился новый вид организованной преступности с серьезными коррупционными связями во властных элитах и бизнес-кругах. Свидетельством тому стали и постоянные прокурорские «зачистки» тех или иных ведомств, в том числе и милиции. А после выступления президента, в котором прозвучали слова о сращивании таможни и криминала, прокуратура взялась за один из самых коррумпированных и закрытых органов государственной власти - таможенную службу.

Видимо, действительно пришло время беспощадной борьбы с этим масштабным злом. Пора всерьез взяться за криминальные группировки, принять меры к их разобщению и ликвидации, привлечению к уголовной ответственности бандитских лидеров и участников. В этой работе важна роль и служб собственной безопасности. Как показал последний опыт органов безопасности таможни и наркоконтроля, их усилия могут быть весьма эффективными.

Вместе с тем уже в нескольких регионах бороться с преступностью научились. Это, в общем-то, и вправду не трудно, если все органы власти - силовые и судебные - действуют вместе. Вероятно, борьба с оргпреступностью станет значимой частью борьбы с коррупцией. И впрямь, взяточника поймать хоть и трудно, но можно. Но чиновника, что придет ему на смену, преступники всегда готовы коррумпировать. Многое зависит и от общественной позиции в этой борьбе. Чего греха таить, часто еще равнодушие обывателя или его страх готовит питательную среду для бандитского существования. Так что браться за искоренение зла надо всем миром.

Владимир ПРЕГОЛИН



вернуться к рубрикам номера
Copyright © 1997-2006 ЗАО "Виктор Шварц и К"


Мечтаете подобрать малолетнюю индивидуалку - индивидуалку в Питере, любого возраста, ищите здесь.